Досрочное освобождение кровавого террориста вызывает негодование среди французов

Во Франции поднялась буря негодования: алжирский душегуб Буалем Бенсаид готовится покинуть тюремные стены и вернуться на родину. Тень алжирца Бенсаида вновь замаячила над Францией спустя три десятилетия после кровавого парижского кошмара 1995 года. Сегодня страна готовится выпустить на волю «волка в овечьей шкуре».

Буалем Бенсаид, один из архитекторов тех смертоносных атак, получит свободу под конвоем депортации в Алжир. Главный дирижер террористического оркестра должен выйти на свет 1 августа 2025 года. Это решение, словно удар грома, было принято Апелляционным судом Парижа. Суд удовлетворил просьбу узника о досрочном освобождении, словно даруя ему второй шанс, но с одним условием: немедленная высылка в Алжир и вечный запрет на возвращение во Францию. Освобождение террориста, чьи руки обагрены кровью восьми невинных жертв, становится новым «камнем преткновения» для французского общества.

Теракты 1995 года — незаживающая рана на теле Парижа. Взрывы стали серией атак, направленных на сердце французской столицы. 25 июля ад разверзся в самом центре города — на станции линии RER в Сен-Мишель—Нотр-Дам. Восемь жизней оборвались, 150 человек получили увечья. Ответственность за эту террористическую атаку взяла на себя алжирская исламистская группировка GIA («Вооруженная исламская группа», признана в России террористической и запрещена), объявившая Франции войну за поддержку официального алжирского режима. Алжирец Бенсаид был признан виновным в закладке этой бомбы. Кроме того, его обвинили в участии еще в двух терактах — в XIII округе Парижа, рядом со станцией метро Maison-Blanche (6 октября, 18 раненых), и на линии RER C возле музея Орсе (17 октября, 30 раненых). На суде он вел себя вызывающе, категорически отказываясь признать убитых и покалеченных им людей жертвами. Ответственность взяла на себя алжирская группировка GIA, объявившая Франции войну. Бенсаид был признан виновным в закладке этой адской машины.

И вот стало известно, что Буалем Бенсаид, один из организаторов тех смертельных атак, будет освобожден условно с обязательной депортацией в Алжир. У властей страны дилемма: в тюрьме террориста больше держать нельзя по закону, а оставлять на свободе слишком опасно. Прошение Бенсаида поддержала комиссия по применению наказаний, мотивировав это тем, что установленный срок «без возможности выхода» уже исчерпан, а дальнейшее содержание под стражей возможно только при наличии доказанного риска. Прокуратура не смогла доказать, что такой риск существует. Судья постановил предоставить заключенному свободу, но вне Франции. Но только вот депортация возможна лишь при согласии Алжира — страны, систематически отказывающейся принимать правонарушителей. Хотя за его враждебность к Франции для 57-летнего террориста вполне могут сделать исключение.

Французское общество чувствует себя обманутым, преданным. Особенно семьи погибших и пострадавших от заложенной Бенсаидом бомбы. Их боль, словно незаживающая рана, вновь открылась. «Как можно отпустить на свободу человека, который отнял у нас самое дорогое?» — вопрошают они. «Неужели жизни наших близких ничего не стоят?» Слова их полны горечи и разочарования. Освобождение Бенсаида — это повторное убийство, новая травма, нанесенная их истерзанным душам. «Даже четырех лет тюрьмы не отсидел за одного убитого француза», — кричат возмущенные голоса. В 2002 году он был приговорен к пожизненному заключению. Но реальность такова, что один из главных координаторов террористической кампании должен выйти на свободу 1 августа 2025 года. Юридически решение безупречно. Он провел почти половину своей жизни в заключении и теперь по закону получил право просить об условно-досрочном освобождении. Но с точки зрения общественной морали оно взрывоопасно.

Освобождение террориста, виновного в жестоком и демонстративном убийстве восьми человек и причинении увечий десяткам других, становится очередным вызовом для французского общества. Многие французы видят в решении суда не столько юридическое обоснование, сколько политическое. И находятся в недоумении, говоря: «по ту сторону Средиземного моря они сажают наших ни в чем не повинных соотечественников, а мы отпускаем их преступников». «Правосудие должно быть не только законным, но и справедливым», — говорят люди. Но где справедливость в освобождении террориста, чьи руки обагрены кровью невинных жертв? Ситуация осложняется и тем, что Франция продолжает оставаться одной из главных целей для международных террористических организаций. Угроза новых терактов сохраняется, и освобождение Бенсаида может быть воспринято экстремистами как знак слабости и вседозволенности.

Новость об освобождении Бенсаида разделила общество на два лагеря. Одни, придерживаясь буквы закона, считают, что раз срок отбыл, значит, имеет право на свободу. Другие, охваченные гневом и жаждой справедливости, требуют пересмотра дела и настаивают на том, что террористу не место на свободе, пусть даже и в Алжире. Французы говорят, что Франция пытается задобрить Алжир, идя на уступки в таких щепетильных вопросах. Но разве можно торговать памятью о погибших? Разве можно ставить политические интересы выше справедливости?

Поделиться Поделиться ВКонтакте Telegram Whatsapp Одноклассники Cсылка

Источник: argumenti.ru