Братья? Да, но не «братские народы»

Вчерашняя информация об уничтожении украинской дороги на границе с Россией и Белоруссией была растиражированна украинскими и проукраинскими СМИ с таким акцентом: взрыв произошёл рядом с монументом «Три сестры», установленным в честь «дружбы трёх республик». Вот, мол, насколько цинична Россия.

Показательно, что о «сестринстве», «братстве», «дружбе» та сторона вспоминает только тогда, когда ей выгодно, а в остальных случаях, то есть зачастую, брезгливо отмахивается от этого. Но ещё более досадно другое: речи о «братских народах» можно нередко услышать здесь, в России. Тот самый случай, когда благими намерениями (что может быть лучше братства, лучше любви?) выстлана дорога в ад. В действительности русские, белорусы и малороссы (т.н. украинцы) не могут быть «братскими народами». «Что он несёт?!» – воскликнет здесь возмущённый читатель, но – спокойствие! Мы не можем быть «братскими народами» по одной простейшей причине: мы не «народы», мы – народ. Один. Единый.

Монумент «Три сестры», как и вся концепция «трёх братских народов», – порождение советской эпохи. В дореволюционной России ни о каких «трёх братских народах», ни о каких «восточнославянских народах» речь не шла. Речь шла про единый (как ещё говорили, триединый) русский народ. Именно большевики приучили огромную страну называть русскими одних только великороссов, а малороссов – украинцами. Сами же «украинцы» в Российской империи величали себя в массе своей русскими, руськими, русинами, малорусами, малороссами, югороссами, даже хохлами – и никак не украинцами. «Только в XIX столетии украинская интеллигенция, поскольку она хотела, чтобы её народ осознавал себя отдельным народом, а не малороссами, была вынуждена отказаться от названия «Русь», – говорит в интервью не какой-нибудь «великорусский шовинист», а современный идеолог украинства С. Кульчицкий из Института истории Украины. Правда, умалчивает о том, что украинствующие представители малорусской интеллигенции были в меньшинстве.

С этими своими соратниками по борьбе против Российской империи – украинствующими интеллигентами – большевики расплатились учреждением Украинской республики (УССР) и внедрением нерусско-украинской идентичности на всей её территории. Людей, от мала до велика, в школах, в институтах, в печати, на рабочих собраниях «просвещали»: вы – украинцы. Затем, в тридцатые годы, Сталин отчасти (увы, только отчасти) осознал ошибочность «борьбы с великорусским шовинизмом», чему поспособствовала новая волна сепаратистского «антимоскальства» среди украинствующих интеллигентов и бюрократов. Советской власти потребовалось «склеить чашку», которую она же и разбила, причём общесоветская идентичность в качестве «клея» не годилась – нужно было апеллировать именно к этническому родству.

Отмотать ситуацию назад – к признанию русского триединства – в рамках завещанной Лениным национальной политики было немыслимо, поэтому пришлось опереться на славянские корни. Так и возникла эта концепция – «три братских славянских народа: русские, украинцы и белорусы». «Братские народы» – звучит на первый взгляд прекрасно, но сама эта множественность – «народы» вместо «народ» – оказалась губительна, что показал конец советской эпохи и показывает эпоха постсоветская. К счастью, сегодня Россия свободна от тисков ленинской национальной политики, а значит, способна наконец исправить положение – вернуться к пониманию русского народа как триединого. Прежде всего – через систему образования. Дело это небыстрое, но, как сказал классик, в России надо жить долго.

Мнения, высказываемые в данной рубрике, могут не совпадать с позицией редакции

Источник: argumenti.ru