Приглашенный профессор МГИМО Стеван Гаич: Запад решил дожать сербов, так как всерьез рассматривает возможность победы России в СВО

Евросоюз поставил Сербию перед выбором: либо страна признает независимость Косова, либо её ждёт экономическая изоляция. «Прогнуть» президента А. Вучича недостаточно, Западу придётся «прогибать» сербский народ. Так считает политолог Стеван ГАЙИЧ – доктор философии, научный сотрудник Института европейских исследований (Белград), приглашённый профессор МГИМО, уроженец и житель Сербии.

– Заявление вашего президента А. Вучича об украинской принадлежности Крыма и Донбасса, ставшее неожиданностью для русских, не спасло его: Евросоюз всё же предъявил ему ультиматум.

– Неожиданным его проукраинское заявление стало именно для русских, для российского общественного мнения, но не для сербского народа. Медийная повестка России перекошена в пользу Вучича, и это объяснимо: при таком обилии недоброжелателей вам хочется иметь друзей. Увы, другом России он никогда не был. Его политика состояла в том, чтобы обещать абсолютно всем абсолютно всё. Такое могло продолжаться до тех пор, пока всем это было выгодно, но теперь, в условиях небывалого обострения между русскими и НАТО, всё иначе.

Сербская прогрессивная партия, которую возглавляет Вучич, пришла к власти в 2012 году на волне недовольства Демократической партией с её прозападным имиджем. Западу понадобились лояльные сербские национал-патриоты, которые были бы (вопреки сложившейся репутации) ещё более прозападными, чем демократы. Партия Вучича изначально создавалась как западный проект: в 2008 году она откололась от национал-патриотической Сербской радикальной партии, лидер которой В. Шешель находился под трибуналом в Гааге. Именно этот имидж – национал-патриотический – привёл Вучича к власти, но впоследствии стало ясно: наш новый лидер пришёл сделать для Запада то, что отказались сделать демократы. Они не приняли условия А. Меркель, приведя её в бешенство.

– Что за условия?

– Дальнейшая евроинтеграция страны в обмен на отказ от «параллельных органов власти» на севере Косова и Метохии. Там фактически продолжала существовать Сербия – не только в лице компактно проживающего сербского населения, но и в лице государственных институтов: полиция, судебная система, телекоммуникация, система образования – всё это было нашим. И всё это Вучич, якобы сербский националист, сдал Приштине в результате так называемых Брюссельских соглашений. А инфраструктуру электроснабжения, кстати, вообще подарил компании из Албании.

Ваш царь Александр III сказал, что у России два союзника – её армия и её флот. Добавлю, есть ещё есть третий союзник – сербский народ. Я не случайно говорю «сербский народ», а не «сербская власть», потому что власть у нас бывает разная. Общественное мнение Сербии и позиция Сербской православной церкви – вот что не позволяет Вучичу ввести против России санкции и признать Косово (это, кстати, не два разных вопроса, а один и тот же, потому что Россия – постоянный член Совбеза ООН, отстаивающий нашу территориальную целостность). Вучич сдавал интересы Республики Сербской (образование в составе Боснии и Герцеговины. – Прим. «АН»), пытался сдать Сербскую православную церковь в Черногории, и все эти годы мы живём в страхе: а что он сдаст завтра?

В обмен на лояльность Запад позволяет Вучичу вести себя в духе автократа и попирать тем самым принципы, которые для Запада якобы так важны. СМИ пишут, что в Сербии сложился мафиозный режим принципиально нового (в мировой истории) вида. Люди, охранявшие Вучича на инаугурации в 2017 году, сейчас сидят в тюрьме за похищения и убийства. По-видимому, на Всемирном экономическом форуме в Давосе (16–20 января. – Прим. «АН») представители ЕС пригрозили Вучичу компроматом. Именно этот – личный – ультиматум так сильно испугал его, а вовсе не ультиматум сербскому народу об экономической изоляции. Вучич сейчас в персональном аду, ему страшно, он готов сдать Косово Западу. Поэтому и несёт чушь, что Сербия, дескать, в безвыходном положении.

– Не в безвыходном? Сегодня товарооборот с Евросоюзом, увы, имеет решающее значение для сербской экономики.

– Это аргумент Вучича, и аргумент этот ни о чём. Место европейцев с радостью займёт Китай, который и так уже заметно потеснил их на нашем рынке. Что касается ухода западных инвесторов, которым нас пугает Вучич, то почему он привлекал инвестиции главным образом оттуда, с Запада? Уйдут – на их место придут другие. У нас уже есть инвесторы из Ирана, из Израиля, немало желающих из стран Персидского залива. Сербия имеет хорошее географическое положение, она почти в центре Европы и потому всегда будет привлекательна для инвесторов. Так что если кто-то хочет уйти – на здоровье. Хотят потерять прибыль – пусть теряют. Скажу больше: нам уже надоел этот колониальный статус. Западные компании – и только они! – получают у нас субвенции: по 13 тысяч евро на одного работника. Максимально использовать нашу рабочую силу и поменьше тратиться на оплату труда – таков их подход. Что это, если не экономика колониального типа?

Если Вучич заключил сделку со своими западными друзьями – это его проблема. Мы, сербский народ, никаких сделок ни с кем не заключали и не позволим Вучичу совершить задуманное. Да, в первое время нас ожидает экономический шок. Но люди согласны на это. Даже молодёжь, вестернизированная больше всех предыдущих сербских поколений, молодёжь, которой привили потребительство и материалистское отношение к миру, – даже она в массе своей настроена против Запада. У нас полно подростков, которые ходят в майках с буквой «Z» и «имперкой» (чёрно-жёлто-белый флаг Российской империи 1858–1896 годов, популярен среди русских национал-патриотов и футбольных фанатов, используется в зоне СВО. – Прим. «АН»). Эти ребята не знают ни слова по-русски, но легко найдут на карте Авдеевку и Угледар, потому что ежедневно следят за ходом СВО.

– Принципиальность сербского народа может аукнуться ему не только санкциями, но и другими последствиями, о которых не говорится вслух.

– Да, не говорится вслух, но явно подразумевается. Что ж, если они хотят воевать с нами, – мы готовы. Даже так: многие из нас будут рады, слишком уж долго фрустрировалось наше общество. И кстати, они не так уж и хотят войны с нами. Если и решатся, то не без боязни. Расширение фронта натовцам сейчас ни к чему.

Наша, как вы сказали, принципиальность обусловлена пониманием простой вещи: после признания Сербией независимости Косова нам придёт конец как государству. В своё время наша страна, тогда ещё Югославия, решила: пусть Словения отделяется, если хочет, – проживём без неё. Это увенчалось отделением Боснии и Герцеговины, Хорватии, Македонии, Черногории, а также албанским сепаратизмом в самой Сербии. Сегодня на кону существование нашей страны. Если признать независимость Косова, Сербию ждут новые сепаратизмы (на территории государства есть зоны компактного проживания боснийцев и венгров. – Прим. «АН»).

– Не так давно на уровне правительства Сербии рассматривался вариант – признать независимость Косова на условиях обмена территориями. Теперь вопрос так не ставится?

– Не ставится, и слава богу, потому что этот вариант ужасен. Во-первых, территория с албанским населением, которую мы должны были бы отдать в обмен на север Косова и Метохии, – она стратегически важнее (автотрасса, граница с Черногорией). Во-вторых, на севере Косова и Метохии проживают лишь 40% сербов этого региона – не отдадим же мы на произвол остальные 60% сербов. В-третьих, мы не можем подарить Приштине наши средневековые храмы, монастыри и особенно город Печ, где находится исторический престол патриарха сербского.

Этот ужасный сценарий Вучич почти реализовал в конце 2018 года, однако в ситуацию вмешалась, причём незаметно для невооружённого глаза, Россия. Риторика Кремля изменилась, казалось бы, совсем чуть-чуть, но на самом деле изменилась принципиально: речь пошла не о поддержке «позиции Белграда», а о поддержке «воли сербского народа». Если раньше ваши власти верили Вучичу, то к концу 2018 года поняли, с кем имеют дело. Теперь до этого понимания у вас дозрело и общественное мнение.

Сейчас Вучичу предстоит решить, кого он боится больше – Запада или собственного народа. Мы привыкли к сообщениям СМИ о тёмных делишках нашего президента, и никакими компроматами Запад нас не удивит. Надо будет – народ простит Вучича. Но чего народ не простит никогда и никому, так это предательства. Надеюсь, Вучич сделает правильный выбор, оперевшись на сербский народ, Россию и Китай.

– А если не сделает? Допустим, народ сбросит его – не придёт ли к власти политик, который в перспективе окажется ещё более прозападным?

– Важный вопрос, на который у меня нет однозначного ответа. Всякий раз, когда здесь меняется власть, к процессу подключаются западные спецслужбы и, надо признать, делают это умело. Милошевича свергли не правозащитники и не какие-нибудь пуссирайоты, а патриоты, ветераны войн. Результат известен – воровская приватизация, уничтожение промышленности. Лучше бы нам, конечно, обойтись без потрясений.

– Стеван, как считаете, почему Запад решил дожать сербов именно теперь?

– Потому что всерьёз рассматривает возможность русской победы и опасается, что сейчас у него последний шанс. Сербы тоже всерьёз рассматривают возможность вашей победы. И предвкушают её. Осмелюсь утверждать: у нас значение СВО осознают даже лучше, чем в самой России, потому что силы, с которыми вы вступили в противостояние, терзают нас уже 30 лет. Всё это одна и та же глобальная война. Мы воспринимаем Россию как большую Сербию, но и Запад воспринимает нас как крайний западный форпост православно-славянского мира – отсюда и желание подчинить нас. Сербский народ и русский народ всегда вместе – что в Наполеоновских войнах, что в Первую мировую, что во Вторую мировую, вот и сейчас Запад раздражён сербскими добровольцами в рядах Российской армии, как и массовыми сербскими акциями в поддержку СВО.

Для нас, как и для вас, крайне важен суверенитет. Находясь почти в центре Европы, недалеко от Берлина, Парижа, Стамбула, мы не вписываемся в натовский миропорядок. И понимаем, что в случае вашей неудачи пострадаем даже больше, чем вы.

Источник: argumenti.ru