В мире насчитывается более 10 млн выходцев из России

Почему русская диаспора такая загадочная

Западные социологи ещё несколько лет назад округляли глаза: за пределами России до 30 млн человек считают себя русскими, но практически нигде они не образуют классическую диаспору.

Как, к примеру, эмигрируют индийцы, итальянцы или иранцы? Они редко уезжают в незнакомую страну на свой страх и риск – как правило, есть «принимающая сторона» в виде троюродного дяди. Он поможет поселиться в национальном квартале и устроит на работу к своему свояку. Если у иммигранта есть деньги, ему и дело своё помогут открыть. А он не сможет потом отказать родным, в свою очередь, трудоустроив кого-то из их близких. Нередко землячество имеет «общую кассу», уличных и духовных лидеров, по советам которых «братишки» голосуют на выборах. Общественная жизнь плотно завязана на национальную сплочённость, а связи с исторической родиной обычно прочны.

Так вот у русских ещё 10 лет назад всё было совершенно иначе: наши избегали селиться вместе, поддерживали связи разве что с парой-тройкой давних друзей и слышать не хотели про бывшую родину. На фоне противостояния с Западом Кремль провозгласил бывших соотечественников частью «русского мира» и начал налаживать контакты с де-факто несуществующими диаспорами. И предсказуемо получил гибридные плоды.

«Профессиональные соотечественники»

Александр и Анна Смирновы (фамилия изменена) иммигрировали в Австралию сразу после распада СССР. Две их маленькие дочки ныне – взрослые барышни, одна уже вышла замуж. Однако, прожив в Австралии 25 лет, семья по-прежнему верна России, народ которой – самый добрый, возвышенный и интеллектуально развитый. Не в пример рациональным австралийцам, с которыми можно только по делам пересекаться, а посидеть-поговорить о Боге, цивилизации и театре глупо и бессмысленно.

При этом Смирновы за эти четверть века ни разу не были в России. Хотя неоднократно летали в Латвию, где у них с советских времён домик недалеко от российской границы. Семья не скрывает: боятся пересечь границу и испытать разочарование.

– Девочки хорошо говорят по-русски, дома мы на английском почти не общаемся, – говорит Александр. – Хотя после эмиграции дети ни разу не были в России, у нас культ прекрасной родины: прочитана вся литературная классика, ходим на гастроли российских театров. Свадьбу старшей дочери праздновали в Таиланде, чтобы гостям из России было удобно добираться. В Австралии мы общаемся с 5–6 семьями бывших москвичей и ленинградцев, иногда в Интернете переписываемся с другими русскими. Какой-то политической функции у нашей диаспоры нет. У ливанцев и малайцев вон свои депутаты в парламенте.

Русские сегодня живут по всему миру. Например, в Намибии – самой редконаселённой стране мира, первой в Африке отменившей для россиян визы. В городке Уолфиш-Бей ловят рыбу около 25 русских судов. Здесь вывески в магазинах на кириллице, русские врачи, лётчики, продавцы сувениров, лоцман и даже капитан порта – около тысячи человек. На Карибах есть островное государство – Тринидад и Тобаго. И в Интернете можно найти здесь рабочие вакансии для русских. Численность диаспоры неизвестна: судя по всему, люди тут не имеют потребности собираться вместе и вспоминать подмосковные вечера. Более тысячи русских насчитали в Эфиопии.

– Мы уехали в Словению, потому что здесь прекрасная экология, горы, море, продвинутое образование для детей, – рассказывает москвичка Елена из Любляны. – И это чуть ли не единственная страна Европы, где нет толп незаконных мигрантов из Африки и Ближнего Востока. Социальная система устроена таким образом, что для здоровых дармоедов нет никакой халявы, а словенские политики не боятся прослыть неполиткорректными, препятствуя превращению страны в зверинец. Русские здесь приживаются прекрасно: они вкладывают в страну деньги, у большинства свой бизнес, собственные дома.

Это сравнительно новый тренд: в СССР всех эмигрантов считали предателями и отщепенцами, но нынче Россия всерьёз заинтересовалась заграничными диаспорами, особенно вдрызг разругавшись с Западом. В 2015 г. глава МИД Сергей Лавров призвал к консолидации российских диаспор, бюджет Россотрудничества достиг 9, 5 млрд рублей.

В 77 странах мира появились 59 российских центров науки и культуры (РЦНК), 8 их филиалов и 18 представительств в составе дипмиссий. В отчётах, опубликованных на официальном сайте агентства, сообщалось, каких успехов удалось добиться. Президентский указ приурочил День русского языка ко дню рождения Пушкина, в связи с чем на базе всех РЦНК состоялось более 400 тематических мероприятий. Языковой конкурс «Мой русский» прошёл в 25 странах, его победителей повезли в Москву. Всемирного форума иностранных выпускников российских (советских) вузов показалось мало, и по его следам решили создать ассоциацию афганских выпускников, которая начала работать в Кабуле.

Инструментом «мягкой силы» называли также Российскую ассоциацию международного сотрудничества (РАМС), в которую входило около 100 «обществ дружбы» по всему миру. Новые общества созданы в Танзании, Никарагуа и, что особенно важно, на Сейшельских островах. К 2015 г. в «мягкой силе» участвуют фонд «Русский мир», фонд Андрея Первозванного, Библиотека-фонд «Русское зарубежье», Российский фонд культуры, Международный совет российских соотечественников, Международная ассоциация молодёжных организаций соотечественников, Международная ассоциация «Породнённые города» и т.д.

По линии диаспор в Таврическом дворце Петербурга собирают Всемирные конгрессы соотечественников – по 500 человек из десятков стран мира. Появляются «профессиональные соотечественники» для представительства на сотнях мероприятий во славу России за рубежом. В некоторых фондах попечительский совет насчитывает до 40 человек. Общаться они предпочитают со своими журналистами, которых возят на мероприятия за бюджетные деньги.

По мере усиления трений России с Западом поддержки соотечественников стали искать и выдавленные из страны российские оппозиционеры. Вместо одной «антикремлёвской» редакции «Радио Свобода»* в Праге сегодня – десятки «открытых редакций». Русские диаспоры, и раньше не слишком консолидированные, стали ареной нового раскола. И многие выходцы из России просто держатся от них подальше.

* В РФ признано выполняющим функции иностранного агента.

Мы за ценой не постоим

Тем не менее весной 2022 г. Европа была потрясена реакцией русских в Германии на начало спецоперации на Украине. 3 апреля примерно 700 автомобилей с российскими флагами (были также знамёна СССР, ВДВ, ВМФ) учинили автопробег в центре Берлина, а их участники возложили цветы у памятника советским военным в Трептов-парке. Наблюдатели поначалу не сомневались, что акция организована при участии российского посольства, но впоследствии никаких доказательств этой версии не появилось.

Правда, выступили наши бывшие соотечественники не столько в поддержку Кремля, сколько против наметившейся дискриминации русских в Германии и других европейских странах. У кого-то оскорбляли детей в школе, кому-то отказали в приёме на работу, а одну студентку отказались допустить к сессии: мол, сначала иди свергай власть в Москве. Правда, никаких антирусских погромов, поджогов и прочей ерунды не отмечалось. Равно как и германские власти не мешали впоследствии русскоязычным берлинцам (среди них много выходцев из Прибалтики, Украины и особенно Казахстана) отмечать 9 Мая.

Сколько бы ни писалось, что значительная часть эмигрантов уезжают из России по политическим причинам, нет сомнений, что они сохраняют ещё советские культурные коды. В Интернете становятся хитами видео, на которых десятки автомобилей с российскими флагами будят гудками германские города в 4 часа утра 22 июня. И эта «традиция» зародилась задолго до начала активной работы с диаспорами по линии Россотрудничества. Точно так же как русские жители Прибалтики объединялись против проявлений местного национализма задолго до истории с Бронзовым солдатом в 2007 году.

Кто-то скажет, что тут история особая, не имеющая прямого отношения к эмиграции и диаспорам, поскольку прибалтийские русские не эмигрировали из России, а оказались на территории Латвии и Эстонии в результате распада СССР. А русские в Германии – часто люди с какой-то частью немецкой крови, переехавшие по программам репатриации. Поэтому в германских городах как раз встречаются преимущественно русские районы – это социальное жильё, которое они не купили на свободном рынке, а получили в льготное пользование от властей. Безусловно, такая ситуация влияет и на сплочённость русских иммигрантов, а в Италии или Бельгии ничего подобного нет.

Тем не менее некоторые демографы отмечают, что даже если русские не образовали классической диаспоры, как курды или турки, они способны моментально «всплыть» и объединиться – только попробуй их обидеть по национальному признаку. Например, в Австрии не менее 6 тыс. русских. Для многих из них работа была завязана на русский язык, поскольку в Вене полно крупных компаний и международных организаций, ещё недавно нацеленных на работу в России. Но мало кто сегодня винит Москву в том, что с работой проблемы.

– После Крыма тут началась настоящая антироссийская истерия, все наперебой осуждали действия Москвы, – говорит биолог Игорь. – На телевидение в качестве экспертов приглашают либо российских оппозиционеров, либо украинских патриотов. Где тут хвалёные демократия и объективность? Именно враньё и нежелание слушать другую сторону повысили в иммигрантской среде симпатии к политике Кремля. Кстати, соотечественники тут очень общительны и аполитичны. Можно кинуть на русскоязычном форуме клич: дескать, кто из Граца, отзовитесь. И оказывается, что десятки людей в 300-тысячном городе готовы с вами встретиться, чтобы просто поболтать о том о сём. Но почти у всех аллергия на официальные мероприятия в «центре русской культуры» или каком-нибудь «клубе соотечественников». Этого добра всем хватило в России.

Получается, что «консолидировать диаспоры» по привычным лекалам у Москвы получается плохо. Но она постепенно осознаёт, что иногда лучший результат можно получить, ничего не делая. Для этого нужно лишь не мешать людям проявляться как русские по своему собственному почину. Выясняется, что большинство из них переживают, если в России происходит какая-нибудь катастрофа с человеческими жертвами. А в футболе и хоккее болеют «за наших», т.е. за российских спортсменов. Судя по записям на форумах, практичные «русские европейцы» способны даже ссориться с коллегами по работе, защищая Россию от совсем уж наглого поклёпа. И из них может получиться самый настоящий «русский мир».

Это произойдёт, когда русскоязычный француз захочет приехать в Москву не только для того, чтобы выпить с однокурсниками водки. А чтобы показать детям процветающую и разумно организованную страну. Когда он увезёт домой не ту же водку с икрой, а контракт с российским производителем. Когда с дипломом московского вуза можно будет запросто устроиться на работу в Париже. К сожалению, тут далеко не всё зависит от простых людей.

Мобильная группа

Эмиграция из России – одна из самых таинственных и политизированных тем. Одни социологи уверяют, что подавляющему большинству россиян жизнь на родине нравится, другие утверждают, что половина молодёжи сидит на чемоданах. Снятие коронавирусных ограничений и начало спецоперации на Украине примерно совпали по времени, и социологам не так просто разобраться, кто, от чего и зачем бежит. Весной 2022 г. медиа сообщали о 2–3 миллионах россиян, ломанувшихся за границу. А к лету – что 90% из них давно вернулись.

Другое дело, что Росстат явно не видит всех эмигрантов. США в 2017 г. насчитали у себя в 6 раз больше прибывших россиян, чем зафиксировали у нас. У Чехии и Венгрии статистика отличалась от наших цифр в 12 и 14 раз соответственно. В целом в 24 страны ОЭСР, по которым доступны зарубежные данные, из России выехало в 6 раз больше людей, чем насчитала официальная Москва. Росстат разводит руками: эмигрант пошёл осторожный, не сжигает мостов, не продаёт жильё в России – вдруг надумает вернуться. Как его учитывать? «90% российских граждан, которые уезжают за рубеж на длительные сроки, не снимаются с миграционного учёта», – подтверждает старший научный сотрудник Института демографии НИУ ВШЭ Юлия Флоринская. По её оценкам, только в страны дальнего зарубежья уезжает 100–120 тыс. россиян в год.

По данным ООН, к концу 2010-х Россия потихоньку вылезла на третье место в мире по числу граждан, покинувших страну рождения в течение жизни. Рождённых в России за границами великой державы сегодня – 10, 6 млн человек. По данным Росстата, самыми распространёнными мотивами эмиграции россиян являются личные и семейные причины: вступление в брак, переезд к детям или родителям.

Понятно, что ищут себя за границей не водители такси и охранники салонов связи. 40% эмигрантов имеют высшее образование, по оценке Юлии Флоринской. Это много, учитывая большой процент несовершеннолетних детей и молодёжи, для которых получение конкурентного образования – как раз цель отъезда. Много предпринимателей, уже заработавших капитал для начала новой жизни. Если в 2001 г. Москва и Петербург давали 17% миграционного потока, то сегодня из столиц только 11%. А едут «серединные» регионы: Тамбов, Калуга, Смоленск. Раньше для них пределом мечтаний была Москва, а сегодня нет.

Весной 2021 г. главный учёный секретарь Российской академии наук (РАН) Николай Долгушкин отметил, что отток учёных и высококвалифицированных специалистов за рубеж с 2012 г. вырос с 14 тыс. до почти 70 тыс. человек в год. То есть в 5 раз! По словам Долгушкина, Россия – единственная из развитых стран, где несколько десятилетий подряд уменьшается количество учёных: в 1990 г. было 992 тыс., а ныне осталось 348 тысяч.

Каждое следующее поколение россиян знает иностранные языки лучше предыдущего – это фактор, стимулирующий желание эмигрировать. С другой стороны, постепенно исчезает такой трамплин для переезда, как работа в российском отделении иностранной компании. Зато в краткосрочной перспективе повсеместное сворачивание «русских отделов», вероятно, придало импульс отъезду и их лучших работников, которым компания предложила варианты.

В отличие от советских времён сегодня открытые границы – важнейший фактор стабильности и гениальная находка политтехнологов. Не нравится – уезжай, никто не держит. Зато противники власти в России всегда будут в численном меньшинстве. Но ведь эмигранты чаще всего не отказываются от гражданства, а потому и вернуться могут все разом.

Красные против белых

Тот факт, что русские не привыкли образовывать на чужбине диаспоры, не имеет исчерпывающего научного объяснения. Одно из самых распространённых заключается в том, что волны эмиграции из России всегда были следствием раскола общества, а иммигрантами оказывались непримиримые оппоненты.

Например, во время Второй мировой с германской армией Роммеля в Тунис прибыли 22 тыс. советских военнопленных. Союзники потом отправили оставшихся в живых узников в Союз. Но ведь многие побоялись лагерей и НКВД, а в Тунисе жило множество семей белоэмигрантов. И бывшие ротмистры прятали у себя в Бизерте политруков, да потом ещё хлопотали, чтобы справить им документы. Ходят легенды, что часть русских пленных бежала вглубь Африки – на юг Туниса. И теперь там видят семьи с русыми волосами и голубыми глазами.

Не секрет, что большинство осевших в Европе белоэмигрантов молились на фюрера, чтобы он сверг ненавистных большевиков. Бароны и атаманы пополнили ряды Русской освободительной армии, а наследник престола Владимир Кириллович щеголял в форме дивизии СС «Руссланд». Даже в Латинской Америке русские диаспоры и сегодня представляют собой гремучую смесь из людей, чьи отцы и деды воевали друг против друга.

Буэнос-Айрес был оплотом боевого крыла белой эмиграции. Община пополнялась соратниками генерала Ивана Беляева, который стал начальником генерального штаба соседнего Парагвая в войне с Боливией (так называемая «Чакская война»). Кстати, Парагвай, втрое уступавший по населению, победил, а Беляев стал выдающимся этнографом, исследователем культуры индейцев Чако-Бореаль и лично возил их творческие коллективы в Буэнос-Айрес. Парагвай хоронил Беляева как национального героя, в стране был объявлен трёхдневный траур. С другой стороны, тот же Беляев во Вторую мировую поддерживал СССР. После 1948 г. президент Хуан Доминго Перон издал указ о привлечении иммигрантов, и в Аргентину приехало немало бывших советских граждан. Ведь в суматохе после окончания войны кто только не «дёргал» на Запад – в том числе освобождённые союзниками военнопленные.

Или вот такой срез: после советско-польской войны в 1921 г. в составе Польши оказались земли с русским, белорусским и украинским населением. На фоне польских притеснений СССР, которого эти крестьяне толком не знали, грезился родной и справедливой страной. В Союз их, понятно, не выпускали, зато в 1930-е годы представилась возможность отправиться по программе переселения в Канаду или Латинскую Америку. Так в Аргентине оказались тысячи просоветски настроенных русских фермеров, которые во время войны отправляли в Москву тёплые вещи и последние серебряные серёжки. А на одной с ними улице жили семьи дворян, воевавших за генерала Власова. Стоит ли удивляться, что даже у их внуков не сильно много общего?

– Чаще всего русские диаспоры структурно и ментально отличаются от греческих или ирландских, – говорит историк Сергей Ачильдиев. – Например, потомков ирландцев в мире 80 миллионов, из них в Ирландии живут 8 миллионов. Тут всё понятно: 300 лет соотечественники расползаются по миру, в Канаде или Австралии на диаспоре сходятся все лучи. Во-первых, сохранение кельтской культуры и диалектов. Во-вторых, трудоустроиться через своих гораздо удобнее. В-третьих, диаспора является неким центром власти, где можно получить справедливое решение по спорным вопросам. И если ирландца обидели итальянцы, за него заступятся свои. Для русских диаспор все эти три пункта применимы со множеством оговорок. Сохранение культуры? Так она совсем разная для оставивших родину в 1920-х, 1980-х или 2020-х годах.

Трудоустроиться? Далеко не факт: многие эмигранты очень обособленны, и даже в Москве предпочитали нанимать более дешёвых узбеков. Кроме того, «русские» – это часто собирательный образ, за которым множество народов – татары, белорусы, чеченцы. Их объединяет только русский язык. «Русская мафия», ставшая главным пугалом в США в 1970–1980‑е годы, на 90% состояла тогда из бывших советских евреев.

Источник: argumenti.ru